українська російська англійська
Публікація у виданні "Forbes" із основними тезами Міністра фінансів України Наталії Яресько під час виступу на симпозіумі "Звільнення від пострадянської спадщини"
27.04.2015 | 18:59

Наталья Яресько: «Мы хотим вдохновить бизнес, упростив налоговую систему»

 

12 тезисов от Министра финансов Украины.

 

На этих выходных в Киеве проходил симпозиум «Освобождение от постсоветского наследия», организованный блогерской платформой VoxUkraine и Киевской школой экономики. На мероприятии с докладом выступила Министр финансов Украины Наталья Яресько.

 

В частности, глава Минфина сосредоточила внимание на том, что в условиях жесткой бюджетной экономии нельзя пренебрегать как интересами бизнеса, так и общественными настроениями. Тотальное сокращение затрат в сочетании с резким снижением покупательной способности населения может вызвать всплеск социального недовольства. В связи с этим, по словам Натальи Яресько, на переходном этапе дотирование монополий необходимо заменять поддержкой конечных потребителей. Это поможет не только преодолеть коррупцию, но и повысит эффективность работы поставщиков услуг, а дотации конечного потребителя приведут к стимулированию внутреннего спроса.

Немаловажным, по мнению министра, является адекватное и взвешенное администрирование налогов – особенно в условиях вынужденного увеличения расходов на оборону. Для этого необходимо дать сигнал бизнесу, что уплачиваемые им сборы не будут «рассеяны» во множестве коррупционных звеньев, а пойдут на укрепление обороноспособности страны и экономики в целом.

 

Forbes приводит основные тезисы из выступления Министра.

 

О сокращении госдолга

С конца 2013 по февраль этого года правительству удалось сократить государственный долг на 20%, но, к сожалению, из-за девальвации гривны размер обслуживания этого долга в гривневом эквиваленте за прошлый год вырос в три раза. Теперь наша цель состоит в том, чтобы сократить расходы госбюджета на обслуживание госдолга до 8,5% от ВВП. Я напомню, что в прошлом году они составляли более 11% ВВП, так что мы сделали шаг вперед.

Я уверена, что это правительство будет действовать, и у нас появится возможность уменьшить госдолг, что и является нашей целью. Я знаю, что любой темп, какой бы мы ни взяли, будет недостаточно быстрым и для тех, кто в правительстве, и вне его. Мы должны работать вместе.

Во времена Януковича в результате клептократии и ошибочной макроэкономической политики долг Украины вырос почти вдвое – с $39 до более $76 млрд. Если нам не удастся реструктуризировать госдолг, его обслуживание обойдется в 13% госбюджета в этом году. Для сравнения – на оборону мы тратим 15% своего бюджета. Это большое бремя для воюющей страны.

О бюджетной экономии и расходах на оборону

Мы должны придерживаться стратегической линии. Мы не можем всем поровну урезать бюджетные  выплаты, точно так же, как не можем и одновременно всем в равной степени увеличить налоги. Важно оставаться спокойными и сфокусироваться.

Мы должны сократить бюджет всех министерств, кроме одного – Министерства обороны, что не удивительно. Я верю, что вы согласитесь со мной в том, что мы не можем сократить бюджет Министерства обороны именно сейчас, когда мы защищаем суверенитет своей страны.

Я надеюсь и молюсь, что в будущем отпадет необходимость выделять на оборону государства более 5,3 % ВВП, как это происходит сегодня. Я надеюсь, что война будет закончена, и такие финансовые вливание в министерство больше будут не нужны.

О главных шагах в реформировании экономики

4 шага должны быть предприняты одновременно. В первую очередь, нам нужно отойти от [долговой] пропасти и избежать [дефолта]. Я думаю, нам это удалось при помощи международного сообщества, особенно МВФ, который предоставил нам четырехлетнюю Программу расширенного финансирования. Первый транш в марте удвоил наши резервы с $5 до $10 млрд, которые равны двум месяцам критического импорта. 

Второй шаг: мы должны вести переговоры со своими партнерами относительно улучшения уровня задолженности в среднесрочной перспективе. МВФ оценивает наши потребности в период следующих четырех лет на уровне около $40 млрд. $17,5 млрд приходится на программу МВФ, около $7,5 млрд – от наших партнеров ($2 млрд от США и 1,8 млрд евро от ЕС). $15,3 млрд – это экономия, добиться которой мы должны при помощи реструктуризации госдолга. 

Наша цель – чтобы до 2019 года на ежегодное обслуживание госдолга требовалось не более 10% ВВП. Это означает, что я не могу реструктуризировать долг таким образом, чтобы отложить все выплаты на 2021 год. Необходимо сбалансировать их во времени. Поэтому нам потребуется не только продление срока погашения долга, но и частичное списание как основной суммы долгов, так и купонных выплат.

$7,5 млрд – это действительно сумма наших выплат США, ЕС, ЕБРР и ЕИБ в течение  18 месяцев. Поэтому я не берусь спорить, правильна ли оценка МВФ в $40 млрд.

Третий шаг: создать условия для возобновления экономического роста и привлечения инвестиций. Темп  продолжения сокращения реального ВВП в первом квартале был неприемлемым. Падение нужно остановить. 

Четвертый шаг: увеличить доходы госбюджета, и сократить его расходы. Это не так просто, как кажется – мы не можем просто урезать бюджет.

О борьбе с коррупцией

Мы должны быть честны. Слишком долго множество украинских бизнесменов грабили систему. При этом налогоплательщики, которым приходилось труднее всего – работающие украинцы и легальны бизнес – несли необоснованно тяжелое [налоговое] бремя. Должна быть нулевая толерантность к коррупции, расточительству и неэффективности в правительстве.

Наши шаги в этом направлении: закрываем бюджетные дыры и избавляемся от трансфертного ценообразования, которое позволяет олигархам и крупным бизнесам выводить доходы заграницу и не платить полагающиеся им налоги в Украине. Мы представили систему электронного администрирования НДС. Это позволит сохранить для бюджета миллиарды долларов.

Мы работаем над тем, чтобы вывести бизнес из тени. 40-60% экономики не принимает участие в формальной экономике. Опять-таки это незаслуженное бремя для тех, кто работает легально. Эту проблему мы пытаемся решить при помощи понижения размера единого социального взноса до 16,5%, но это также должно быть частью нашей программы [реформирования] ГФС.

В энергетическом секторе мы устранили главный источник коррупции – посредников-закупщиков газа. Больше нет посредников между «Нафтогазом» и «Газпромом», и «Нафтогазом» и европейскими партнерами, на которых приходится 2/3 нашего газового импорта. Это позволило нам устранить дефицит «Нафтогаза» – главное бремя государственного бюджета. В прошлом году он составил 110 млрд гривен или около $10,5 млрд – больше, чем дефицит бюджета.

О дефиците НАК «Нафтогаз Украины»

Финансирование дефицита «Нафтогаза» – это причина инфляции, коррупции, различных налоговых и неналоговых проблем. В этом году, устранив посредников в закупках газа, сократив его стоимость и диверсифицировав поставки, перенаправив наши субсидии от «Нафтогаза» населению, мы сократили этот дефицит до 29,7 млрд грн ($1,5 млрд). До конца 2016-го мы собираемся устранить дефицит «Нафтогаза» полностью.

Повышение тарифов на газ для населения – один из самых трудных, но самых радикальных шагов этого правительства. Мы увеличили в апреле тарифы на природный газ для населения на 450%, на отопление – на 70%. Это часть двухлетней программы. В этом году мы надеемся достичь 50%-го покрытия себестоимости газа, в апреле следующего года – 75%, и в течение двух лет – 100%.

Мы отходим от субсидирования «Нафтогаза» к поддержке наиболее незащищенных слоев населения на основе уровня их дохода. Это переносит часть дефицита «Нафтогаза» в бюджет, но это намного более честный и прозрачный способ тратить деньги. Мы также получаем эффект для промышленности от устранения практики погони за рентой со стороны недобросовестных участников рынка.

Мы также имеем возможность повысить энергоэффективность, поскольку население, вероятно, будет использовать меньше дорогого газа.

О ренте и «Нафтогазе»

Я думаю, что реструктуризация НАК «Нафтогаз» не является именно тем [шагом], который поможет людям понять, зачем мы увеличили плату за недропользование. Но я согласна с тем, что реструктуризация «Нафтогаз» является необходимой. Бюрократическая машина Европейского Союза работает с «Нафтогазом» пытаясь ускорить процесс реструктуризации. Уровень прозрачности можно проследить по тому, как «Нафтогаз» обнародовал финансовую отчетность за 2011-2013 гг.

А если мы говорим о том, почему народ задумывается над повышением платы за недропользование, то это вряд ли касается реструктуризации компании. Вопрос вот в чем: первое – для каждого жителя Украины лучше класть субсидии себе в карман, чем пытаться предугадать, сколько ушло в «Нафтогаз». Второе – населению станет понятнее цена [газа]: важно, чтобы они понимали, что использовали меньше. Если говорить о том, что мы предлагаем населению, то нет ни одной страны в мире, которая может субсидировать 80% цены на газ и при этом быть финансово ответственной или контролировать инфляцию. Мы были самой неэффективной страной в мире.

Третье – вопрос еще в том, насколько высоко доверие к управлению предприятием. Со временем можно все изменить, но на данном этапе лучше, чтобы деньги шли через бюджет в открытом виде прямо к гражданам, а не так, как это было в прошлом. Перемещение субсидии от «Нафтогаза» к населению не зависит от реструктуризации предприятия.

А позитив реструктуризации заключается в том, что можно будет привлекать инвестиции на три направления: транспортировка, хранение и внутренние поставки. Привлекая зарубежные инвестиции, мы улучшаем технологическую сторону, корпоративное управление. А привнося прозрачность, мы избавимся от такого себе мутного государственного предприятия, каким оно было в прошлом.

Об оптимизации расходов

Как говорят британцы, если вы заботитесь о пенни, фунты позаботятся о себе сами. Есть несколько сфер, которым мы уделим особое внимание в следующем бюджете.

Расходы на образование в этом году запланированы на уровне 105 млрд грн. Часть из этих денег была потрачена неэффективно – это не новость. Оптимизация расходов на образование существенно повысит эффективность бюджета.

В части социальных субсидий мы продолжаем устранять программы, которые дублируют друг друга; которые не только требуют средств для реализации, но и лишают возможности определить, кто в каких суммах поддержки нуждается. недавно мы преобразовали три связанных с энергетикой программы субсидий в две. В перспективе наша цель – убрать и третью программу, чтобы была одна программа субсидий – один набор пособий для тех, кто в них нуждается.

О пенсионной диспропорции

Мы должны урегулировать пенсионную систему. Расходы Пенсионного фонда по отношению к ВВП остаются высокими – на уровне около 14% ВВП, что является одним из самых высоких показателей в мире. И в то же время, получаемая гражданами пенсия – одна из самых маленьких в мире. Это болезненно воспринимается украинцами. Мы очень много тратим, а народ получает очень мало. Подобная политика – непозволительная роскошь.

Это не только налогово-бюджетная проблема, за ней кроется и социальный вопрос. Поэтому мы нуждаемся в экспертной поддержке, что поможет понять: в каком направлении двигаться дальше, как уйти от [монополизма] Пенсионного фонда, изменить имеющуюся систему и нащупать следующие шаги. Это не сфера деятельности Министерства финансов, но мы будем стараться влиять на это, поскольку данная политика  отражается на распределении бюджетных средств.

О налоговой справедливости

Сегодня, постепенно изменяя систему, мы хотим посмотреть, существует ли радикальный путь, который поможет изменить нашу налоговую политику за год, начиная с 1 января 2016 года. Мы хотим вдохновить бизнес, упростив налоговую систему, что будет способствовать детенизации и выявлению коррупции, поощрять справедливость. Система должна быть открытой, ясной и совершенно отличаться от нынешней.

О борьбе с бедностью

В стране растет показатель бедности, и мы должны продолжать работать над социальными программами для бедных и следить за доходами бедных. Для многих жителей страны основными  вопросами стали доступность продуктов питания и медицины. По данным экспертов  ООН, ожидается, что уровень бедности в стране еще увеличится до 30%.

И пока мы не предложим какие-то механизмы, которые помогут обезопасить и поддержать бедное население, мы не сможем внедрить оставшиеся реформы. И это критично важно не только потому, что это правильно, но и потому, что это единственный способ убедиться в реализации оставшихся реформ.

О налоговом прессинге

Для украинца, который работает только на одной работе, не нужно даже заполнять декларацию. В сравнении с европейской или американской налоговой системой в Украине все просто. Бремя не велико.

Я думаю, это вопрос налоговой ставки. 41% подоходного налога – это тяжелое бремя. Украинские бизнесмены и наемные работники полагают, что это идет из их кармана. Второе – это корпоративное бремя: корпоративные правила, регулирование, огромное количество бухгалтерских книг.

У нас есть множество проблем, которые не будут решены в ближайшее время. Мы можем уменьшить налоговые ставки и сделать все намного проще. Пока что, украинцы отказываются признавать, что плата налогов является гражданским долгом. Такое происходит, когда в стране коррупция [царит] много лет. И поэтому вы видите, что ваши налоги идут в никуда.

Нам нужно научиться предоставлять качественное  обслуживание. И мне кажется, что украинцы понемногу приходят к пониманию ценности уплаты налогов. Когда люди увидят высокое качество медицины, хорошие  школы с компьютерным обеспечением, когда они ощутят, что их налоги идут на ремонт дорог, мы сможем начинать реформы, менять налоговую систему, менять менталитет.

О политике открытости власти

Мы не достаточно делаем в этом направлении, хотя способны на большее. Большинство министерств ведут страницы в соцсетях и, таким образом, затрагивают в основном средний класс, а не жителей села. Многие министерства, и наше в частности, пытаются искать пути общения: выступают на телевидении, ездят по несколько раз в месяц  в регионы, выезжают за пределы Киева, потому что Киев – не вся Украина. Я знаю, что мы можем [коммуницировать] лучше, но это также вопрос времени.

Мы также мало информируем о нашей деятельности международное сообщество. На прошлой неделе я выступала на панели Ежегодной встречи МВФ и Всемирного банка с министрами финансов Гондураса, Египта и других стран. Министр финансов Гондураса  сказал, что они ждали 11 лет, чтобы увеличить тарифы и обозначить энергетические субсидии и наконец-то в этом году повысили их на 11%. Мы сказали, что мы не ждем подходящего времени и повысили их на 450%, шокировав этим аудиторию.

27 квітня 2015

 

Маргарита Ормоцадзе

Богдан Хлимоненко

 

 

версія для друку